Главная страничка    Магадан    Природа    Обо всём    Оставить отзыв

Панорама посёлка

Содержание

Стихотворения об Оротукане

Посвящение родному поселку

Посёлок мой не балует природа.
В нём нет старинных замков и церквей,
И под лазурной твердью небосвода
Есть города солидней и светлей.

Ну, что ж? Пускай! Мне тех красот не надо,
Я все их вам задаром уступлю,
Моя душа тому лишь только рада,
Что я родился в северном краю!

Родился и живу в родном посёлке
Старателей, шофёров, заводчан -
Построивших красивый и высокий
Тебя, мой дорогой Оротукан!

Ты, среди сопок спрятавшись, как будто
Зимы колымской растворяешь мрак,
А летом сутки кряду почему-то
Ты с солнцем не расстанешься никак.

Ну, а весной, когда наступит время,
И птичьи трели растолкают тишь,
Как будто бы ковбой стальное стремя
Посёлок пробует крепленья лыж.

Когда же осень разукрасит сопки
В цвета янтарно-желтого огня,
Посёлок мой давно знакомой тропкой
К дарам природы выведет меня.

И пусть его не балует природа!
Люблю я свой поселок все сильней
Он ценит не валютную породу,
А труд и совесть золотых людей!

 
Назад
На берегу одноимённой речки,
Расчёсывая косы облакам,
У сопки у покатой на крылечке,
Живёт посёлок мой родной - Оротукан.

Его дома стоят вдоль тихих улиц,
Тенистых летом и в огнях зимой.
Над улицами арками сомкнулись
Деревьев кроны в прелести резной.

В нём все уютно, близко и знакомо,
Живёт здесь замечательный народ!
Тут и в гостях бываешь, словно дома,
Даже когда никто тебя не ждёт.

И нет на Колыме светлей поселка,
И пусть он никакой не великан,
В мороз и зной, и в слякоти проселка -
Всегда мне дорог мой Оротукан!
		***  

Белоснежным покрывалом
Разостлала снег зима.
В обездвиженье усталом
Затаилась Колыма.

Всё пронизано морозом,
Даже воздух, как желе,
То туманным паровозом
Катит холод по земле.

Небо дымкою покрыто,
Солнце греет, как луна.
Ветер северный сердито
Дребезжит стеклом окна.

Что-то утром из постели
Не вылазится никак,
Ведь на улице метели,
Холод, снег да черный мрак.

Так бы нежился в покое
У горячих батарей,
Ждал бы лето золотое,
Умолял прийти скорей.

Но ведь нет – иду, простужен,
На работу сквозь туман,
Сквозь пронзающую стужу
Через весь Оротукан.

Потому что должен кто-то
В топки уголь засыпать,
Чтоб в домах и на работе
Было людям благодать.

Должен кто-то непременно
На подстанцию идти,
Чтобы в дом к нам переменный
Ток дорогу смог найти.

Кто-то должен изготовить
Для бульдозера венец,
Болт башмачный, палец новый,
Шестерёнку, наконец.

Чтоб бульдозер и зимою
Землю мерзлую рыхлил,
А промывочной порою
Больше золота добыл.

Ведь мы все здесь терпим страсти,
Чтобы золота поток,
Несмотря на все напасти,
Никогда бы не истёк.
                                       Назад
               ***  

Как много есть на Колыме посёлков,
Которые рифмуются на «ан».
Нетрудно их найти вдоль трассы тонкой –
Оротукан, Таскан и Сусуман …

В созвучье слогов ритмом отразились
Звенящие аккорды горных рек.
Когда-то этим ритмам покорились
Сердца первопроходцев и навек.

Они тогда не вникли в суть названий,
Они трудились даже в выходной,
Решая главное из тех больших заданий –
Найти подход к колымской кладовой.

Теперь всё успокоилось. Постольку
Есть время поразмыслить о былом,
Чтоб подобраться всё-таки к истоку
Таких понятий в крае золотом.

И я набрёл на тот исток однажды,
Ответ мне был, как будто свыше, дан.
Все потому, что зарифмован так же
Колымской стужи властелин – туман.
Назад
         Посвящается родному поселку или
Ностальгические стихи

Ревут турбины, больно режет слух.
Под нами девять тысяч метров,
И облака, как тополиный пух,
Клубятся и бегут, послушны ветру.
Покорный тяге лошадиных сил,
Наполненный горючкой до предела,
Нас самолет к востоку уносил,
Туда, где детство моё птицей пролетело...

Качнув крылом траву звериных тропок,
Наш самолет в пьянящем вираже
Вошел в тоннель седых колымских сопок,
Толчок, турбины стон, мы на земле уже!

Открыли люк, шаги стучат по трапу,
Проверка документов – зона ведь!
Другие рвутся на “юга”, в Анапу,
А я сюда летал и также буду впредь!

Здесь каждый атом, каждая частица
Имеют запах свой и свой заветный вкус.
Здесь даже серая пичужка, как жар-птица,
Как ласка женщин комара укус.

Я полной грудью воздух набираю,
Наполненный родною красотой,
И каждый звук навек запоминаю,
Чтоб даже вдалеке он был со мной.

Но, прочь немое любованье!
Еще до дома мне четырежды по сто...
Я жду автобуса, твержу, как заклинанье,
Чтобы дорогу мне не перешел никто.

И вот в клубах дорожной пыли,
Такой, что и Сахаре не видать,
Автобус тормозит, уж дверь его открыли.
О, Боже! Он меня не против взять!

Бросаю чемодан в багажный ящик,
Десятку сунув спешно за проезд,
Сажусь и вижу, улыбнулось счастье –
В автобусе ещё полно свободных мест.

В компании со мною трое женщин,
Мужчина с мальчиком, да сам водитель наш.
Движеньем рук и ног неспешным
Он отправляет в путь наш экипаж.

Поплыли за окном листвянки чередою,
На сопках стланик – кедра младший брат.
Вон там склонилась ива над водою,
Здесь, слившись, два ключа журчат...

Невзрачная, но милая картина.
И небо – синее, до зайчиков в глазах.
Сто километров пролетели мимо,
Вот Атка заскрипела в тормозах.

Мы перекусываем в трассовской столовой,
Такой еды из вас не ел никто!
Открою вам секрет, совсем не новый,
Что кашу маслом не испортить ни за что!

И снова гул движка, мелькание кюветов,
Заросших то малиной, то травой.
Закладывает уши, значит где-то
Уже и перевал не за горой.

Четвертая не тянет, третьей мало,
Вторая передача – в самый раз.
Поднятый языками перевала
Автобус к небу поднимает нас.

И на последнем самом повороте,
Там, где со спуском встретился подъём,
Поставлен обелиск, ущелие напротив,
Когда-то жизнь свою шофёр окончил в нем.

На трассе, на колымской, их немало,
Тех, кто погиб, непрост шофёрский труд!
Но сердце мне всегда тоской сжимает,
Лишь вспомню тех, кто лег костями тут.

В краю морозов, жалящих полгода,
В пургу и слякоть, в стужу и жару
Они, с клеймом навек, - враги народа
Кормили кровью злую мошкару.
Они горбом своим, мозольными ногами,
Превозмогая силы естества,
Своими навсегда распухшими руками
Подняли край наш, честь им и хвала!

Вот так в окно глядел и размышлял я,
Что мы и жизнь, как рыба и кукан...
Но, вдруг Герба! Душа запела тайно,
Я понял, скоро он – Оротукан!
Ещё каких-то тридцать километров
И он откроется всей прелестью с горы.
Укутан сопками от стылых ветров,
Он и для нас не виден до поры.
Но как у речки всякой есть начало,
И есть у песни каждой свой конец,
Мой путь окончен, пройдено немало, 
Привет, Оротукан, судьбы моей творец!
                            1984 г.
Назад
          Тополя

Выше крыш тополя на заводе.
Как и мне, им по сорок лет.
Соки жизни ещё в них бродят,
Им бы жить бы да жить много лет!

Зеленеть, разрывая почки,
Опьяняя весенний дух,
Целовать наши белые ночки,
Разодевшись в июльский пух.

Им бы радовать, взгляд услаждая.
Здесь – у самых ворот зимы,
Даже краткая зелень такая –
Драгоценная часть Колымы.

Только что вас теперь ожидает?
Что вам завтрашний день принесёт?
Призрак смерти над вами витает,
Разрушенье и гибель идёт.

Вот работать завод перестанет, –
Всё развалят здесь, всё сметут.
Мародёрская шайка нагрянет,
Рыть начнёт и копать там и тут!

И пойдут под отвалы строем
Дорогие мои тополя…
Неужели народ наш строил
Это сдуру всё и зазря?!

Обживал этот дикий Север,
Не страшился работы любой,
И надеялся всё, и верил –
Будет Север его судьбой.

Посмотрите вокруг, чинуши!
Это наша, родная земля!
Мы хотим, чтобы дальше и лучше
Заводские росли тополя!
Назад

    Островок тепла

Там, где трасса долго поднимает
Петли на Гербинский перевал,
Так порою холодно бывает,
Что не знаешь – жив или пропал?

Кажется, совсем конец и точка!
От мороза не спастись никак…
Только вдруг мелькнёт из-за лесочка
Огонёк и отступает мрак.

Это, появившись из тумана,
Островком тепла среди зимы,
Яркие огни Оротукана
Согревают сердце Колымы.

И пускай на улице под сорок,
А когда прижмёт – под шестьдесят,
Нам, оротуканцам, край наш дорог,
Нас края иные не прельстят.

Нам не нужен тёплый берег Крыма,
Пляжи на Гавайях не нужны…
Тянет, как магнит, неумолимо
Огонёк родимой стороны.

Ничего родней замёрзших сопок
Колымчанам в жизни не найти!
На Большой Земле, среди высоток
Очень скоро можно загрустить.

Там мороз игрушечный, нестойкий,
Там спокойно сердце, там теплей…
Но, как только вспомнишь о посёлке,
На душе становится светлей!

Это сквозь объятия тумана
Островком тепла среди зимы
Яркие огни Оротукана
Согревают сердце Колымы.

Назад
 
 
Налью стопарь, вздохну и выпью, –
Навеки, Колыма, прощай!
Своей колючей снежной сыпью
Меня ты помнить обещай!

Хоть иногда своим морозом
Ко мне, как в гости, заходи, 
Туманом иссиня-белесым
Со мною разговор веди.

Снежинкой легкой, пролетая,
Щеки моей едва коснись,
Ляг на плече и там, растаяв,
Водой колымской окажись.

Той самою водой, что с детства
Я, как нектар, в себя впитал.
Она от всех болезней средство.
Тот знает, кто там побывал!

Раскинься надо мной в полнеба
Вечерней пламенной зарей,
Потом звенящей ночи пледом
С прохладцей северной укрой.

Пускай тогда озноб по коже
Бежит скользящим холодком.
Он будет памятью умножен
На то, о чем грущу тайком.

И может я тогда счастливым
Родиться заново смогу
И заживу неторопливо
Уже на псковском берегу.				

Copyright © Фокин Оротукан 2005